Это не была осенняя хандра, это было, в последнее время, перманентное состояние апатии. Мучительная и безысходная тоска. Она изводила профессора. Ничто ему не давало покоя.
Она была не совсем простой монахиней. Так сказали профессору.. История ее тоже заслуживала отдельного внимания.
Когда-то в прошлой жизни невеста Христова была очаровательной, яркой и умной Лидией. Все у нее было хорошо
ЭКЗАМЕНЫ
Беззаботное, с красочными событиями детство купеческой девочки осталось в петербургском прошлом. Теперь гимназистка Лидия Лелянова была сосредоточена на предстоящих экзаменах. Впереди большая жизнь.
Одному Богу известно, почему все произошло так горько и неожиданно. Перед выпускными экзаменами Лидия заболела энцефалитом. Тяжелый недуг подкинул осложнение — болезнь Паркинсона. В экзаменационный класс милую девушку вкатили на инвалидной коляске.
Вот так быстро Лидия Лелянова превратилась в полного инвалида.
Лидия не роптала. Да, она страдала, да, часами рыдала, когда никто не видел. НО на людях держалась. Ее спасла вера в Бога. Чтобы не сойти с ума, Лида уцепилась за молитву. Молилась и молилась. И ей становилось легко. Хорошо, насколько могло быть хорошо в той ситуации.
Девушка погрузилась в Иисусову молитву и, казалось, перестала замечать суровые реалии своей немощи.
Тихая, кроткая сосредоточенная, непритязательная и покорная. Вот такая она стала, спустя годы. А болезнь точила ее. А хворь усиливалась. К 1912-му году Лидия уже не могла двигаться, с трудом говорила. Слова она произносила с полузакрытым ртом. Мееедлеенно говорила. Но было весьма ценно что она говорила.
За ней ухаживал брат. Пройдет еще 10 лет, и Лидия примет монашеский постриг. Будет она монахиней Марией. К ней начнут приходить люди за поддержкой. Придет и тоскующий профессор.
Дверь профессору открыл брат монахини Марии, проводил его к благочестивой сестре.
Монахиня смотрела ласково. ПРофессор коротко обрисовал суть проблемы. Тоска мучает. Сил нет. Монахиня Мария кивнула, поняла. Начала говорить. Слова ее были с привкусом строгой печали. Так это воспринял грустный профессор.
ДВА ЛЕКАРСТВА
А открыла она ему , что тоска есть душевный крест. И мучает тоска тех, кто не умеет раскаиваться, то есть человек может каяться (профессор, как мы помним, периодически посещал храм, исповедовался, приносил покаяние, причащался. прим.авт), но после он снова впадает в тот же грех. И вот посылает Господь в помощь кающемуся тоску.
Только два лекарства лечат тоску. Врачевать духовное страдание можно так: научиться уже в конце-то концов раскаиваться и не впадать больше в этот грех, принести плод покаяния.
Ну, а если не получается, то переносить тоску со смирением, терпеть и благодарить (!) Бога за этот крест духовный.
Профессор молчал. Он взвешивал своим острым умом слова немощной молитвенницы. Матушка вызывала в нем смешанные чувства ужаса, благоговения, уважения.
-Это великое утешение, — неторополиво излагала монахиня, — осознавать, что тоска твоя есть не что иное, как неосознанный плод покаяния. Это подсознательное самонаказание за отсутствие требуемых плодов.
Профессор молчал.
Он вдруг неожиданно для себя почувствовал, что тоска его покидает: он слушает эту женщину, его слух «плавает» в ее голосе, а на душе становится хорошо. Он боялся , что она сейчас замолчит. И это непонятное состояние покоя, по которому так соскучилась его душа, исчезнет.
Монахиня внимательно смотрела на ученого мужа и, словно понимая его опасения, не замолкала. Она говорила дальше.
-От мысли этой надо в умиление прийти, и тоска твоя постепенно растает, — тихо и уверенно произнесла она, — и вот тогда начнутся истинные плоды покаяния.
Вот теперь она замолчала. Она устала.
Профессор поклонился. Его глаза блестели от слез радости.
Тоска ушла.
Оценили 0 человек
