Удивительное рядом. Но оно есть. Итак, читаю, спрашивают батюшку из какой Чаши причащаться — из той, что держит духовник или…можно все-таки подойти к Чаше , с которой стоит другой священник?
Вопрос привожу без изменений. Вот как спрашивают.
Фелонь — Россия, XVII век, митра — Россия, 1691 год, Панагия — Новгород, конец XVIв-начало XVII, Крест-Тельник — ВЕликий Устюг XVII-XVIIIв, Крест Напрестольный — Москва, XVII век, Чаша водосвятная — Оружейная палата, 1693, Евангелие Москва — 1605-1606 год. Надпись -«Евангелие КНЗЯ Дмитрея Михайловича Пожарского».
Запечатлела сию красоту в Историческом музее для вас!
А иерей Сергий Свешников отвечает. Просто и очень доходчиво. Православному христианину нужно подходить к Чаше с Телом и Кровью Спасителя. А кто держит эту Чашу, не имеет никакого значения — один священник, другой, епископ, патриарх. -Вообще без разницы. Главное — ХРИСТОС!
Как-то лет восемь назад попали мы семьей в один храм с известным в православном мире батюшкой. Мы неподалеку жили. И в храм вот уже как года два ходили в другой. В Одинцово переехали.
И вот воскресным днем приехали в этот храм. Маруся была маленькая совсем. В школу еще не ходила . Причастие началось. И вот там такую давку устроили, чтобы причаститься у этого батюшки. А в храме был еще священник. А многие ринулись к этому батюшке.
И батюшка быстро в чувство толпу привел. Сказал ласково и строго, мол, вы , дорогие мои, к Христу идете. Главное — Христос. И очередь все мгновенно поняла . Быстренько встали на две очереди. Быстро причастились, быстро выстроились слушать Слово Божие. Я в уголочке стояла, наблюдала за происходящим.
Не знаю, всегда ли там так, больше мы туда не ездили.
Потом пригласили нас как-то на праздник в другой храм, туда Патриарх Кирилл приезжал. Причащал. Давки не было. Охрана была. Понятное дело. Все чинно-благородно. Праздник. Проповедь. Красота.
В моем родном храме cвт.ИОВА перед Причастием однажды была такая интересная ситуация. Тихонечко переговаривались люди, батюшка отец Александр КОПЯТКЕВИЧ с Чашей из алтаря появился. А среди нас монахиня стояла. В самом конце очереди, как обычно.
До меня только обрывок фразы долетел её.
Она шепнула, » это уже все неважно. Причастие началось. Христос вышел. Он здесь стоит.»
И мы все пали ниц.
Часто вспоминаю ее слова…
