Морозы в тот год стояли злые. Весна все не наступала, хотя по календарю уже вступила в свои права. Монахиня Феоктиста повернула свою маленькую седую голову к Аннушке. Ясно-голубые глаза ее весело смотрели из-под густых черных бровей. Аннушка приготовилась к новым чудачествам блаженной. Девушка ходила вместе с юродивой по Воронежской земле. Монахиня неторопливо сняла с себя шубейку.
—Неси, Анюта! — слова блаженной окутывал пар.
Анна шубу взяла, и они двинулись дальше. Монахиня Феоктиста в платье своем.
Анна — в пальто.
-Что все это значит? — шептались спутницы блаженной. С ними в тот раз были паломницы
-Скоро потеплеет — предположила Анна.
Она уже потихонечку научилась расшифровывать чудачества своей духовной наставницы.
И вот такое странное пятиминутное шествие было. Потом матушка Феоктиста повернулась.
-Теперь , давай сюда , шубу-то!
Оделась.
А морозы действительно вскоре отступили. А потом и вовсе весна грянула.
Сегодня расскажу вам несколько зарисовок о монахине Феоктисте (Шульгиной) (1855-1940)
Ее любило священство, миряне, монашествующие. Духовенство, вспоминая о матушке, говорило о мере Антония Великого. Она, дескать, такая же была.
Матушка знала редчайшие молитвы, которые, кажется, не всякий священник знал. Церковные молитвы, песнопения, которые редко поют, раз в год. Вот такие.
ЛОЖКИ СЕРЕБРЯНЫЕ, ЯЗЫКИ ФРАНЦУЗСКИЕ и СМИРЕНИЕ ВЕЛИКОЕ
Ее духовная дочь вспоминала,что матушка была весьма образованной женщиной. Но скрывала это, приговаривала, дескать, неграмотная, азбуки не знает.
А сама на старинных серебряных ложках латинские буквы расшифровывала да на французском в совершенстве говорила. Она была дочерью военного, полковника. По тем временам — дворянка. Это стало известно, когда после ее смерти документы нашли.
А по поводу французского , так это матушку «рассекретили», «вычислили » знающие люди «неграмотную бабулю» по её построению фраз, по оборотам речи.
Великого смирения была матушка.
АНФИСА и МОРСКОЙ ОФИЦЕР
Появилась на свет блаженная в селе Оськино под Новочеркасском в 1855 году. При рождении нарекли её Анфисой. Она с юности любила странствовать по святым местам. Вот как только паспорт получила, так и отправилась в паломнические путешествия. А куда она ходила ?
Из Новочеркасска в Воронеж, из Воронежа — в Задонск, потом отправилась на Соловецкий остров, затем ее поманил Саров. В Киеве была даже.
Потом повстречала девушка Анфиса красивого морского офицера. Замуж вышла за него. А он погиб во время Русско-Японской войны 1904-1905. И вот потом-то Анфиса превратилась в юродивую . Неизвестно, кто благословил ее нести столь тяжелый крест.
Теперь она представлялась Феоктистой. Возможно, она была тайной монахиней. И новое имя получила при постриге.
И подвизалась она некоторое время в Алексиево-Акатовом монастыре. Потом монастырь закрыли, и пришлось матушке пойти, куда глаза глядят. Скиталась она .
Интересная деталь, старицу всегда сопровождала какая-нибудь девушка. И по Воронежу, и в дальних путешествиях. Ночевала старица под открытым небом, и такое бывало.
БОТИКИ
Она и в зной, и в холод, в ботинках не на ту ногу, не того размера, шла, с пути своего не сбивалась. Ботинки грубые . Задники разрезанные. Ноги ей натирали до крови. А погоду для своих паломнических путешествий она выбирала подчас самую неистовую. Она иной раз еле ноги передвигала. Шла и молилась.
Ее , бывало, обижали злые дети. Злые люди , случалось, колотили ее за обличения. Ненавидели ее.
Монахиня говорила постыдную, тягучую, ужасную для ушей правду, болезненную и некрасивую. Её боялись.
Но , конечно, тех, кто любил старицу, было намноого больше. А старица людей любила, булками их кормила.
БУЛКИ
Купит тех булок, белых, ароматных, у воронежских пекарей, и, давай , раздавать людям. Кому-то могла домой принести. Могла даже извозчика нанять и поехать с теми булками через весь город к тому, кто в ней остро нуждался.
Матушка была прозорливой. Бог одарил ее щедро Своими Дарами Духа.
Да, такой нюанс с доставкой булочек: и у булочника, и у извозчика дела сразу шли в гору.
ЗУБЫ
Матушкина молитва была сильной. Она, кстати, так говорила интересно о своих молитвах:
—Пойду послужу. Я послужу.
И молиться начинала.
Пришла раз матушка Феоктиста в семью одну, а там девочка Нина лежит. У нее сильно разболелся зуб. Плачет девочка, температура поднялась. Домашние, давай, просить монахиню, чтобы помолилась.
А матушка уж еле ходила. С трудом она на колени опустилась перед образами и принялась служить)))
Молиться, то есть.
—Спаси, Господи, спаси, Нинку, девчонку, — руки свои тонкие в Красный угол протягивает. Глаза полны слез, а потом голову поворачивает к постели , где Нинка лежит, и легко так, радостно интересуется.
-Ну, что, легче тебе?
А девочка плачет и головой кивает:
—Легчееее.
В другой раз это Нина уже серьезно заболела. А матушки Феоктисты рядом не было. Зато к соседям как раз врач пришел, по вызову. Хороший доктор. Ну, и мать Нины метнулась туда, давай, доктора умолять, чтобы посмотрел Нину.
Врач не отказал. Зашел к ним. Послушал ее и вынес вердикт: начинается воспаление легких.
Лекарство выписал. Все как полагается.
И ушел.
А тут — раз и матушка Феоктиста на пороге стоит. Мать обрадовалась радостью великой, матушку схватила, обняла, давай, ей все объяснять, рассказывать.
Матушка внимательно слушала.
Я вам сейчас опишу матушку. Представляйте: матушка Феоктиста росточком маленькая, сама худощавая, глаза голубые, добрейшие-предобрейшие, черты лица такие особенные. Красавицей ее классической не назвать, но наружность у неё была очень приятная.
Матушка ночевать даже у них осталась. Она это делала крайне редко. Девочка лежит, стонет, жар начался. А монахиня Феоктиста велела матери оставить девочку в комнате одну. Сами они отправились ночевать в столовую.
Ну, как ночевать. О сне речи и не шло. Матушка вообще крайне мало спала. А в ту ночь она то и дело ножки свои свешивала с кровати , вставала, произносила своё знаменитое «Я послужу» и шла молиться. она ходила по комнате туда-сюда и молилась , и своими словами общалась с Богом.
А утром Нина была полностью здорова. матушка Феоктиста снова тонкие руки к образам подняла и благодарить Господа начала. Ушла.
Прошел день, доктор приехал тот, хороший врач.
Послушал Ниночку снова и руками развел.
Что такое?! Куда хрипы делись?! Было воспаление легких, а теперь ребенок здоров.
ЕВАНГЕЛИЕ
Духовные чада монахини вспоминали, как матушка их жалела. Плохо кому-нибудь, так она ласково сразу зовет:
-Иди сюда, я тебе почитаю. Иди, почитаю тебе Евангелие!
Раскроет его и выводит своим голосочком:
«Пришел Господь к Марфе….»
Матушка ходила налегке. Всегда нараспашку, ну, иногда могла пальтишко подвязать поясом.
И в любую погоду она так странствовала. Люди вспоминали, как блаженная, мокрая вся, обледенелая, странствовала. Молитва горячая в сердце, а тело все ледяное, снегом покрытое.
Когда она отойдет к Господу, доктор скажет, что «таких покойников еще не видел — это мощи!»
Светлая, чудесная , сподобившаяся праведной кончины, она уснула вечным сном блаженных и праведных людей.
